архив» все записи»

Автор: Дарья Горшкова
Дата: 23.05.2014
«СтройПРОФИ» № 20
Рубрика: Звукоизоляционные материалы


Акустика живого голоса

Вторая сцена Мариинского театра в Санкт-Петербурге еще на стадии проектирования обросла множеством легенд и слухов. Когда же она, наконец, была построена, то вызвала ожесточенные дискуссии. В основном они касались внешнего облика, а внутреннее содержание нареканий не вызывало.

Мариинский театр был открыт в 1860 году. Характеристики четвертого по счету каменного театра в Санкт-Петербурге на тот момент были довольно внушительными, они даже превзошли знаменитый Театр «Ла Скала». Но со временем труппа разрасталась, театральные технологии прогрессировали — и театру стало не хватать места.
Проекты расширения Мариинки появились еще в конце XIX века. Большинство из них включало увеличение за счет пространства над Крюковым каналом. Были проекты и в советские времена, но они тоже не воплотились.

Окончательно решился вопрос только в XXI веке. Стало ясно, что расширять сцену Мариинского театра нет смысла. Необходимо построить новую, с учетом всех необходимых требований: от дополнительных помещений до технического оснащения. В 2002 году Правительством Российской Федерации такое решение было принято. Состоялся международный конкурс архитектурных проектов. Как все помнят, в 2003 году победил «Золотой купол» Доминика Перро. Воспринят он был неоднозначно, но работы по его приведению в соответствие российским нормативам были начаты. К сожалению, проект осуществлен не был — возникли серьезные проблемы по его адаптации к реальным петербургским условиям. В итоге был проведен новый конкурс, который выиграло канадское бюро Diamond & Schmitt Architects.

Генеральным проектировщиком второй сцены Мариинского театра (ГАМТ-2) стало петербургское ОАО «КБ высотных и подземных сооружений» («КБ ВиПС»).
Как рассказывает технический директор ОАО «КБ ВиПС» Кшиштоф Поморски, к 2008 году на площадке строительства второй сцены сложилась аварийная ситуация после того, как под проект Перро выкопали котлован и забили сваи. Никто не хотел браться за эту проблему, ведь надо было ликвидировать последствия и создавать новый проект с учетом создавшегося положения. Но задача была успешно решена. В итоге возник не только уникальный зрительный зал и иные театральные помещения, но и серьезный инженерный уровень, как для обеспечения жизнедеятельности театра, так и для воплощения современной сценографии. И все-таки основной задачей проектировщиков было создать архитектуру, которая не влияет на музыку, а дает зрителю максимальную полноту ощущений.

Для начала немного цифр.

Общая площадь второй сцены Мариинского театра — 80 тыс. м2. Здание имеет несколько уровней — 8 полноценных надземных (10 вместе с техническими) и 3 подземных этажа (самая высокая точка над землей — 42,5 м, заглубление — 12 м). Войдя в театр, зритель сразу попадает в просторное фойе, облицованное медовым ониксом, подсвеченным изнутри. По площади (более 4 тыс. м2) это самое большое в Европе ониксовое покрытие, так называемая «ониксовая лампа». Благодаря системе подсветки возникает тот самый уникальный медовый свет, который создает вечерний антураж зданию театра. Пролет монолитного железобетонного перекрытия (кессонного) над зрительным залом — 33 метра. Общая площадь железобетонных перекрытий — 6 тыс. м2. Протяженность воздуховодов на нижних и верхних отметках — 25,5 км. Суммарная длина трубопроводов холодоснабжения — 15 км. Расчетная электрическая мощность — 9,2 МВА (мощность одного городского квартала), 473 км электрических кабелей разного сечения. Площадь холодильной станции — 485 м2. Площадь сценического пространства — 3 777,46 м2. Количество мест в зрительном зале — 1 806.

Основная проблема лежит на поверхности: театр находится в оживленном районе города, где в ближайшее время планируется построить новую станцию метро. Следовательно, зрительный зал необходимо было изолировать и от шумов, и от вибрации. При такой ситуации есть варианты, когда театры «лежат» на огромных резиновых подушках. В этом случае так сделать было невозможно. Поэтому и создали серьезный подземный уровень.

По словам акустика-консультанта ОАО «КБ ВиПС» Николая Юркина, комплекс акустических мер здесь заложен колоссальный. Для снижения распространения шума и вибрации здание ГАМТ-2, начиная с отметки «–8», разделено на 10 блоков, между которыми устроены специальные акустические швы толщиной от 100 до 40 мм. Они заполнены минераловатными плитами. Наиболее ответственная зона здания — зрительный зал — отделена акустическим швом толщиной 100 мм. Остальные блоки — швами в 40 мм. Разделение блоков здания акустическими швами препятствует распространению шума и вибрации внутри здания (между блоками здания) и почти не влияет на передачу внешних шумов. Части полностью изолированы. Для максимальной защиты от шума практически все акустически важные помещения театра построены по принципу box-in-box. Для снижения шума и вибрации инженерного оборудования применили специальные виброизолированные фундаменты. На протяжении всего периода строительства выполнение акустических швов строго контролировалось сотрудниками технического надзора.

Для виброизоляции оборудования вентиляции (вентиляционных агрегатов), кондиционирования (холодильных машин), насосного и котельного оборудования (котлов и насосов для котлов) применены специальные виброизолирующие фундаменты. Толщина железобетонной плиты плавающего фундамента принята равной 150 мм. Толщина виброизолирующих прокладок из силомера — 75 мм. Для изоляции насосного оборудования толщина железобетонной плиты виброизолирующего фундамента составляет не менее 200 мм.
Конденсаторы (драйкулеры) холодильных агрегатов смонтированы на кровле здания (10-й блок) на конденсаторной раме с применением виброизоляторов. Для снижения передачи структурных шумов трубопроводы холодильных установок изолируются с помощью компенсаторов сразу после холодильного агрегата.
Для исключения передачи вибрации от вентустановок на вентканалы использованы гибкие вставки. Крепление каналов к ограждающим конструкциям осуществлено посредством специальных резинометаллических подвесок, неопреновых лент, расположенных между опорными консолями и вентиляционным каналом.
Чтобы исключить жесткие связи со строительными конструкциями при проходе инженерных коммуникаций через стены и перекрытия, используются специальные эластичные гильзы.

Для снижения шума, генерируемого в системе воздушных каналов, как рассказал Николай Юркин, тоже были приняты дополнительные меры. Скорость воздушного потока в вентиляционных каналах, в особенности в узких зонах, не превышает 5 м/с. Чтобы исключить недопустимо высокие уровни шумов, для обеспечения необходимого комфорта и выполнения акустических требований, скорость, развиваемая при прохождении воздуха через решетки или вытяжные отверстия, значительно снижена. Изменения поперечного сечения в сети каналов осуществляются плавными переходными устройствами, позволяющими избежать турбулентности воздуха на границах резких переходов. Скорость воздуха в распределительных решетках, обслуживающих акустически важные помещения, выбрана таким образом, чтобы собственный генерируемый решетками шум не превышал 15–20 дБА.

Уникальность второй сцены Мариинского театра в том, что благодаря совместной работе акустиков, архитекторов и дизайнеров удалось создать зал, все элементы интерьера которого работают для достижения наилучшей акустики, создания направленных полезных отражений и эффективного рассеивания и перераспределения звуковой энергии. Современная концепция дизайна зрительного зала, предложенная Diamond & Schmitt Architects, позволила реализовать максимально эффективные акустические конструкции, недоступные в театрах с классическим интерьером. Создана так называемая «акустика живого голоса».

Ко всем акустически важным помещениям ГАМТ-2 применялись повышенные требования, как в части допустимого уровня шума (от внешних и внутренних источников), так и в части звукоизоляции ограждающих конструкций. Важной особенностью является современная система механизации сцены, позволяющая, в частности, изменять глубину и объем оркестровой ямы, высоту ограждающего барьера и даже акустические характеристики некоторых поверхностей (задней стенки) оркестровой ямы за счет применения специальных трансформируемых акустических панелей (одна сторона является поглощающей, а другая обладает рассеивающими свойствами).
Система вентиляции и кондиционирования акустически важных помещений театра спроектирована таким образом, чтобы не только обеспечить жесткие требования к допустимым уровням шума, но и исключить передачу шума через воздуховоды.

Кшиштоф Поморски, рассказывая о работах по строительству ГАМТ-2, отмечает, что для максимальной изоляции от наружных звуков и шумов зрительный зал дополнительно окружен специальным акустическим швом толщиной 100 мм с двумя слоями минераловатных плит, изолированных армированной полиэтиленовой пленкой, чтобы они не намокли при заливке бетона. Работа велась крайне кропотливая. Между блоками — изолированные пластиковые вкладыши для арматуры; звукоизоляция инженерных сетей — трубы не контактируют с бетоном, воздуховоды в специальных изолированных вкладышах. В необходимых местах имеются акустические тамбуры, в сценическом пространстве — акустические перегородки, акустические раздвижные ворота и рулонные акустические занавесы. Они разделяют карманы и сцену, арьерсцену и репетиционный зал, монтировочную сцену и разгрузочный дебаркадер. Специальная звукоизоляция установлена во всех лифтовых шахтах (все лифтовые шахты отрезные). Основой звукоизоляции стали масса и многослойность. Главные элементы — камень, железобетон и кирпич.
О степени звукоизоляции говорит хотя бы тот факт, что на трех сценах одновременно могут идти спектакль, репетиция и установка декораций, и ничто друг другу мешать не будет.

Отделив постороннее, принялись за создание внутренней акустики. Здесь все было построено на отражении звука. В зале не используются усилители, звук распространяется естественно, подчиняясь архитектурным решениям. Потолок, выполненный из гипсовых панелей, является акустическим рефлектором. Перекрытие над залом — это ячеистая железобетонная структура, поверхность 4-й степени, рассчитанная на компьютере. Построить такое в прежние времена было просто невозможно — не было таких технологий и расчетных возможностей.

Немаловажную роль играет и огромное пространство за сценой — оно увеличивает не только технические возможности Мариинского театра, но и придает акустическое богатство. Хорошо известно: чем больше воздуха, чем больше пространства, тем звук интереснее, волшебнее. Очень важна высота зала. Звук обогащается, когда он не стеснен бетонным основанием. Большое значение имеет и свободное пространство под сценой.
Есть две школы театральной акустики: американская и европейская. Первая предусматривает укладку плоского паркета на бетон, тогда звук получается громким, но без полутонов. В Европе пол деревянный, поэтому звук более мягкий, при этом хорошо слышны басы, и звук, что называется, чувствуется ногами. В ГАМТ-2 был принят второй вариант. Пол сделали дубовым на деревянной подложке поверх бетона. Конечно, немаловажную роль здесь сыграли и музыкальные предпочтения самого Гергиева. В таком зале все его любимые композиторы звучат идеально.
Естественную акустику в большом зале второй сцены создают гипсовые стены ручной работы. Натуральность звуку придает и деревянная облицовка, выполненная из ели. Из дерева сделаны и поручни балконов, и элементы сцены.

Сейчас по правилам пожарной безопасности отделка залов должна быть из негорючих материалов. Чтобы решить этот вопрос, театр оснастили современной системой пожаротушения. Специальная система датчиков позволяет вести мониторинг инженерных конструкций и инженерных систем, а все данные поступают на специальный сервер.
Такой же новинкой для театральной практики в России стали и системы кондиционирования и пылеподавления. Рассчитаны и смоделированы зоны для очистки воздуха. Для балетной труппы и певцов это очень важно, да и зрителям в зале не будет душно.
Элементы зала тоже работают на акустику. В старом здании звук распространялся за счет декоративных деталей. Здесь решение иное. Вся отделка стен, потолка и пола подчинена созданию идеального акустического климата. Даже светильники в виде шаров большого диаметра в зале репетиций оркестра выполняют функцию акустических рассеивателей звука. А вот от люстры в зрительном зале отказались — чтобы она не испортила акустику.
Кстати, уникальность второй сцены не только в акустике, но и прекрасном обзоре. Сцена максимально просматривается с каждого кресла — зал огромный, подковообразный. Вся отделка и форма подчинены беспрепятственной видимости сцены со всех мест и созданию идеальной акустики. Барьеры ярусов отделаны панелями из брусков светлого бука, а стены за ними облицованы твердым, окрашенным в темно-серый цвет, гипсом.
Для обеспечения идеальной визуализации все боковые части бенуара, бельэтажа и двух верхних ярусов имеют два уровня мест. При этом достигается изысканная композиция «волнующихся барьеров», невиданная в других традиционных ярусных театрах. Особо выделена занимающая два уровня центральная ложа. В нее и вокруг, еще в двух уровнях, идеально вписаны окна технологических помещений: видеопроекционной, светопроекционной, светоаппаратной, звукоаппаратной и т. д. В партере нет центрального прохода (иначе он занял бы лучшие места).

В здании имеются два профессиональных зала для репетиций хора: один со студией звукозаписи — в подземной части, другой с амфитеатром — на верхнем этаже боковой части здания, обращенной к старому театру. Этот зал, кстати, может служить и малым концертным залом.
Совершенно случайно, как утверждают проектировщики, возник современный репетиционный комплекс оркестра, расположенный над зрительным залом и нейтрализующий огромную высоту сценической коробки.
Он состоит из собственно зала, помещения для переодевания, индивидуальных репетиционных классов и дирижерских помещений, расположенных веером вокруг холла, а также подсобных и технических помещений. Все эти пространства объединяет огромный холл с витражом, освещенный естественным верхним светом.
Вторая сцена Мариинского театра создана с таким расчетом, чтобы привлекать разностороннюю публику.
Как внутри, так и снаружи, она организована современно и демократично и рассчитана именно на нынешнего зрителя. Поэтому сейчас решается вопрос о гостевой парковке (варианты предложены и рассматриваются).

Напоследок хотелось бы сказать несколько слов о внешней архитектуре. По замыслу авторов, вторая сцена не должна выбиваться из ансамбля Театральной площади и не должна конкурировать с первым зданием. Она создана с учетом современных направлений, а сейчас в моде интерьерная архитектура. Здание отвечает требованиям по открытости. Интерьеры являются континуацией экстерьеров. Не должно быть границ между внешним и внутренним. Не должно быть парадных громоздких стен, способных отпугнуть «непосвященного». Наоборот, театр должен всем своим видом привлекать зрителя. Особенно молодежь. По замыслу, люди, которые идут по улице, могут увидеть то, что происходит внутри, в фойе. Это должно заинтересовать, вызвать желание войти и приобщиться к миру музыки. Таким видят современный театр и архитекторы, и музыканты.



Полная или частичная перепечатка материалов - только с письменного разрешения редакции!


«« назад